Де-юре — спортивный, де-факто — самодеятельный

Спортивный туризм в советский период входил в достаточно финансово обеспеченную, но по своей сути антиспортивную профсоюзную систему Центрального совета по туризму и экскурсиям (ЦСТЭ). Вот почему руководство ЦСТЭ, с одной стороны, упорно спортивный туризм именовало «самодеятельным», с другой – обучение велось на любительском уровне. Под различными предлогами горникам отказывали в создании единого учебно-методического центра (УМЦ) в высокогорье, как у альпинистов УМЦ «Эльбрус», со штатными преподавателями и, главное, соответствующей технической базой для проведения учебно-практических занятий.

Немаловажную роль сыграл и тот факт, что подобная база нужна была, по сути дела, только горным туристам, а её наличие подчёркивало бы отсутствие спортивности во многих  других видах и, тем самым, ставило бы горников в более привилегированное положение, на что руководство ЦСТЭ, естественно, пойти никак не могло. Именно спортивность, в первую очередь, привела к тому, что в 1936 году горный вид выдавили из системы туризма и тем самым толкнули горников к объединению в федерацию альпинизма.

Тем не менее, в Украине, пусть на любительском уровне, всё же удалось создать единую школу профессионального обучения горных туристов с преемственностью преподавания, по крайней мере, на уровне высшей подготовки, что не могло положительно не сказаться на среднем и даже начальном уровне.

В период «мёртвого сезона» (1990 – 2000 гг.) мы растеряли лучшие кадры, но увлечение горами среди молодёжи не пропало. Подросло новое поколение горников, но «доморощенных» и, в буквальном смысле этого слова, самодеятельных спортсменов. В основном, это были выходцы из пешеходного туризма, многие из которых в силу привычки, а другие, из чисто меркантильных интересов, пытаются и сегодня сидеть на двух стульях.

С одной стороны, это приводит к деградации пешеходного туризма (достаточно проанализировать маршруты походов 4–6 к.сл. Чемпионатов), которую многие воспринимают как его рост, с другой – к снижению профессионализма и в горном виде. Элементы пешеходщины вольно или невольно вносятся ими в горный туризм, снижая значимость многолетнего опыта и, по сути дела, безопасность прохождения горных маршрутов.

Доморощенность приводит к тому, что многие знания и навыки воспринимаются поверхностно, без глубокого понимания и осмысления сущности вопроса, более того, порой как устаревшие и формальные требования. Данное положение усугубляется тем, что появились новые высокотехничные образцы снаряжения, которые в значительной степени расширили функциональные возможности горников, что позволяет зачастую проходить посредственно подготовленным группам достаточно сложные маршруты.

Конечно, появляются и среди доморощенных самоучек единичные «Левши» и «Кулибины», но в целом картина безрадостная и во многом тупиковая. С одной стороны, данным вопросом никто не занимается, с другой – обучать, в целом, просто некому. Хороший спортсмен – это ещё далеко не тренер, как и закончивший с медалью школу ещё далеко не учитель даже начальных классов. А тренеров никто не готовит.

В то же время руководство возрождённой федерации туризма Украины не видит особой разницы в уровне спортивности различных видов туризма, не понимая, что, например,  землекоп и каменщик – оба рабочие-строители, но землекопу достаточно пройти инструктаж по ТБ, взять лопату в руки и вперёд. А каменщику необходимо предварительное двухгодичное обучение в ПТУ и после этого он получит право выполнять обязанности лишь подмастерья.

Да, пешеходник может участвовать в прохождении горных маршрутов в качестве шерпа и живого груза, но и землекоп может участвовать в строительстве на тех же ролях, но возвести здание, не говоря о дворце, всё же может только высокопрофессиональный каменщик.

В силу недопонимания руководством ФСТУ естественного видового различия, а может нежелания усложнять себе жизнь,  проводится политика совдеповской уравниловки (все туристы, все одинаковые). Дескать, какая разница, сегодня прогулялся пешком, завтра покатался на велосипеде, а послезавтра – сходил в горы. А все заявления горной комиссии о существенном видовом отличии и требуемого от спортсменов соответствующего уровня технической квалификации вело-пешеходным руководством воспринимались, как желание чем-то выделиться и не более.

Да и особого желания обучаться у доморощенных самоучек в туризме, как и в любом другом виде деятельности, нет и самопроизвольно у большинства из них оно никогда не появиться – это качество присуще подавляющему числу людей в целом. В данном случае логика предельно проста и понятна: зачем обучаться, когда участников походов 3 к.сл. и выше всегда не хватает, а поэтому меня и так возьмут, а на маршруте в лидеры не стремлюсь, зачем первым уродоваться, а жумарить по перилам особого умения не требуется.

Совершенно очевидно, что воссоздать даже прежнюю систему обучения в абсолютно новых условиях – из области фантастики, т.е. не представляется возможным. Тем не менее, без должного и постоянного повышения уровня квалификации и контроля со стороны Федерации безаварийно заниматься экстремальными видами спорта, в частности горным туризмом, не получится.

В этой связи нелишне будет напомнить руководству ФСТУ о резолюции 1-го Всесоюзного съезда ОПТЭ (1932 г.), принятой более 80 лет назад, где указывалось:

«самодеятельный туризм (так именовали тогда спортивный) требует … повседневного руководства и обслуживания, поскольку без этого он принимает стихийный характер …, скатывается к бродяжничеству».

Со стороны ФСТУ «руководства и обслуживания» региональных федераций давно уже нет, всё пущено на самотёк, вот и стали многие наши группы из-за попустительства бесконтрольной свыше ЦМКК заниматься чем-то напоминающим «бродяжничество». Яркий пример – публикуемые путевые заметки участника подобной и далеко не единичной группы.

Сама жизнь, в конце концов, заставит как-то решать этот вопрос или до поры до времени будем продолжать плыть по течению, плодя и «коллекционируя» всё новые и новые нештатные ситуации в виде ЧП и НС.

В.Г. Коган